НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ

Дорогие читатели! Мы с радостью представляем вам но­вое издание книги «Целительные звуки». Впервые увидев свет в 1992 году благодаря издательству «Элемент», книга стала важнейшей вехой в развитии науки о целительных свойствах музыки. С тех пор она неоднократно пе-реводилась на множество языков — на немецкий, португальский, голландский, испанский и другие. Издатели обратились ко мне с просьбой сопроводить новое издание книги новым предисловием, что я и выполняю с большим удовольствием.

После первой публикации «Целительных звуков» мне выпала честь проводить семинары, посвященные этой книге и ее предмету, во многих странах мира. Я не устаю изумляться волшебной силе звука и его способности вли­ять на людские судьбы. Иногда это влияние заключается в исцелении душевных болезней. В других случаях вле­чет за собой радикальные изменения в духовном, интел­лектуальном и эмоциональном состоянии человека. Участники моих семинаров, отдаваясь во власть звука, открывают для себя новые горизонты человеческих воз­можностей, познают неизведанные стороны своей сущно­сти. Обучаясь слушать звучание собственного тела, пере­воплощаться в звук, они встают на путь самосовершен­ствования и обновления.

Со времени первого издания книги «Целительные звуки» эта область науки успела значительно обогатиться знаниями. Огромную роль в этом сыграли усилия первопроходцев, упорно приобщавших к своему делу все новых и но­вых сподвижников. Но нельзя умалять значения и тех великих перемен, которые переживаем сейчас мы сами

ЧАСТОТНЫЕ СДВИГИ1

Мы живем в удивительную эпоху, ознаменованную великими открытиями, радикальными изменениями в культуре и общественном сознании, эпоху глобальной эволюции. Кто-то объясняет происходящее энергетическими из­менениями, кто-то — экологическими катаклизмами. Иные — сменой тысячелетий. Я же предпочитаю гово­рить о частотных сдвигах и их влиянии на нашу планету и населяющих ее людей. В силу многих причин именно сейчас наше сознание постепенно пробуждается, откры-ваясь новым знаниям о нас самих, о возможностях, зало­женных в человеке, о том, как изменить мир и сделать его совершенным. И удивительные свойства звука начинают обретать ключевое значение в нашей жизни, поскольку именно звук помогает нам приспособиться к про­цессу частотного сдвига, охватившему столь многие уров­ни реальности.

Во многих культурных традициях народов нашей плане­ты заложена идея, что прикоснуться к истокам бытия мож­но лишь через звук. «В начале было Слово». А значит —звук! Комплекс гармоник2. В этой концепции слились во­едино религиозный подход и научный.  

Все в нашем мире пребывает в состоянии вибрации; каждое тело обладает собственной частотой колебаний. Звук наделен огромной властью: он способен изменять мо­лекулярную структуру, создавать новые формы. Исполь­зуя этот феномен, можно воздействовать на любые пред­меты и явления, доводя их до совершенства. То есть творить чудеса. Путем упражнений и постепенного духовного просветления можно научиться использовать гармоники, резонирующие с нашим мозгом, нашим телом, нашим эфирным полем, для того, чтобы изменять собственную частоту вибраций. А можно научиться и самостоятельно воспроизводить такие звуки. И эти волшебные звуки, рож­денные под действием особого эмоционального состояния и заряженные энергией любви, вступят во взаимодействие с различными уровнями сознания, пробуждая к жизни все новые и новые его возможности. Эффект бывает особен­но сильным, если в создании звука участвует целая группа людей.

В процессе пения в группе создается объединенное, групповое сознание, способное стать источником морфического резонанса. Поля, порожденные групповым пением, обладают потенциалом, значительно превосходящим все наши ожидания. В одиночку человек может оказать воздействие лишь на собственную частоту вибраций, тогда как звук, порожденный группой, способен повлиять не толь­ко на каждого из ее членов, но и на всю планету в целом. Словно камушек швырнули в спокойные воды озера: каму­шек маленький, а волны от него становятся все больше, набирают силу и расходятся все дальше и дальше, пока не достигнут самых недоступных уголков берега. Итак, нам ниспослан великий дар: заново познать волшебную власть звука.

'Частотный   сдвиг— изменение частоты колеба­ний. — Здесь и далее прим. перевод

Гармоника— минимальная составляющая звука. Музыкальный звук представляет собой сочетание основного тона (или первой гармоники) и обертона. Обертоны звучат слабее основного тона, сливаются с ним и на слух не распознаются. Наличие и сила каждого из них создают окраску (тембр) звука. К примеру, струна колеблется н издает определенный тон — основной. На струне образуются еще добавочные волны, создающие дополнительные тоны других частот, кратных частоте основного тона. Их н называют высшими гармоническими тонами, или обертонами.

Автор придерживается концепции, согласно которой природа вещей зависит от особых полей, называемых морфогенетическими, — полей, предопределяющих развитие объекта в соответствии с той или иной структурой. Морфогенетические поля присущи всем известным видам атомов, молекул, крис­таллов, живых организмов, общественных установлений н скла­дов ума. Как и поля, известные физике, они представляют со­бой нематериальные области воздействия, протяженные во времени н пространстве. Локализуются они внутри н вокруг организуемых ими систем. Когда какая-либо частная система прекращает свое существование (например, при делении ато­ма, таянии снежинки, смерти живого существа), организующее его поле в том месте исчезает. Но с другой точки зрения, мор-фогенетические поля не исчезают никогда, поскольку являются потенциальными организующими паттернами действия. Физи­чески они могут проявить себя в иные времена и в иных местах, где угодно и когда угодно при необходимых соответствующих им условиях. Кроме того, при всяком таком повторном проявлении обнаруживается, что они несут в себе память о своем прежнем физическом существовании. Согласно Руперту Шелдрейку, со­временному апологету этой теории, морфогенетнческие поля не являются отражением вечных законов природы. Шелдрейк считает, что они обладают своего рода внутренней памятью. Они развиваются с течением времени, так как, в свою очередь, зависят от формы, которую оии определяют, а точнее говоря, от предыстории развития данной формы. Если взять, например, че­ловека, то морфогенетнческое поле любого индивидуума зави­сит от всех форм его предшественников. Каждый человек как бы черпает из огромного «пула» коллективной памяти всех предыдущих поколений людей и со своей стороны что-то вносит в этот коллективный «пул». Этот процесс, в котором одни структуры оказывают влияние на другие аналогичные структуры че­рез пространство и время, Шелдрейк называет морфическим резонансом

ЦЕЛИТЕЛЬНАЯ СИЛА ГАРМОНИК

Гармоники одновременно реальны и бесплотны. Они неза­метно существуют рядом с нами, и действие их становится ощутимым лишь после того, как происходит частотный сдвиг. В первую очередь изменения затрагивают наш слух: мы начинаем воспринимать звуки, прежде неслышимые. Затем наступает очередь голосового аппарата: мы обрета­ем способность производить совершенно новые, прежде недоступные нам звуки. А за этим следует этап расшире­ния сознания, н нашему разуму открываются иные реаль­ности.

Главная тема книги «Целительные звуки» — способ­ность гармоник производить изменения в частоте колеба­ний физического тела, а также ментального, эмоциональ­ного и эфирного тел. Эти изменения, в свою очередь, вле­кут за собой исцеление и обновление. Цель книги — связать воедино религиозный и научный подходы к пробле­ме звука, не ограничиваясь при этом рамками одной куль­туры н одной научной дисциплины.

Законы мира звуков неизменны и универсальны независимо от того, какая традиция изучает их и какое общество использует их для лечения и самосовершенствования. С по­мощью звуков мы получаем возможность больше узнать о самих себе и мире вокруг нас. Я верю, что и вы сможете войти с ними в резонанс и они помогут вам открыть в себе нечто новое. Звуки наделены поистине магической влас­тью. Горячо надеюсь, что со временем вы научитесь читать между строк и откроете для себя новые пути использования этой власти. Кое-что вы сможете почерпнуть из этой кни­ги. Остальное же постигнете сами.

Для меня мир звуков всегда был н будет источником по­стоянного изумления и жажды познания. Теперь же я замечаю, что вовсе не одинок в своих чувствах. В обществе все сильнее расцветает утраченный было интерес к целитель­ным и преображающим способностям звука. Повышенное внимание уделяется гармоникам. Знания в этой области все умножаются, ширится и практическое их использование. Ра­зумеется, этого бы не случилось, если бы главные храните­ли особого вокального искусства - тибетцы, монголы и ту­винцы — не раскрыли миру своих тайн.

Монахи различных тибетских монастырей, к примеру, неоднократно совершали длительные поездки по Соеди­ненным Штатам и Европе, делясь с неофитами тонкостя­ми священной науки обертонального пения. Ансамбли певцов из Монголии и Тувы в рамках подобных туров да­вали уроки удивительной вокальной техники хоомей.

НОВОЕВРОПЕЙСКАЯ ВОКАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

Западные учителя вокальной техники, к числу которых принадлежу и я, освоили новую форму вокальной гармоники. Она отличается от тибетского «однотонального аккорда» и хоомей монголов и тувинцев. Именно эту новую технику в основном изучают и используют в Европе и Соединен­ных Штатах. Я называю ее «новоевропейской». Этот стиль базируется на некоторых приемах, принятых в тибетской, монгольской и тувинской традициях. Он, однако, не тре­бует долгих лет практики и чрезмерного голосового напря­жения. Подробнее вас с ним ознакомит глава девятая — «Основы вокального искусства». Новоевропейской во­кальной технике несложно обучиться, а использование ее может принести весьма ощутимую пользу. И стиль этот как нельзя лучше подходит именно западному человеку. Ос­новываясь на уже приобретенных нами знаниях о свой­ствах звука, мы сумели создать совершенно новый тип вокального искусства. Однако этого, разумеется, не про­изошло бы, если бы своими достижениями не поделились с нами тибетцы и тувинцы.

По роду деятельности мне вновь и вновь выпадает сча­стье знакомиться и общаться с замечательными людьми — в прошлом музыкантами и учеными, целителями и учите­лями медитации, теперь же посвятившими себя изучению свойств звука и вокального мастерства. Я сам набирался знаний от тибетских и тувинских певцов: Мне хотелось бы рассказать вам о некоторых из недавних моих опытов при­общения к волшебному миру звука

МОНАХИ ИЗ ДРЕПУНГ ЛОСЕЛИНГ

Право обучать людей тибетскому обертональному пению даровал мне мастер пения из монастыря Дрепунг Лосе-линг. В воскресенье, 15 декабря 1991 г., монахи этого монастыря давали концерт тибетских священных песно­пений в Боулдере (Колорадо). Глубоким, низким темб­ром и звучностью их пение напоминает стиль, принятый в монастырях Гьюто и Гьюдмед. Мне выпала честь прове­сти с ними весь следующий день, принимая участие в их вокальных упражнениях. Вечером же того дня монахи проводили в Боулдере специальный семинар, посвящен­ный их вокальной технике. Тогда мне наконец и было даровано обновление, к которому я стремился много лет с тех самых пор, как впервые услышал тибетский «однотональный аккорд».

В начале семинара монахи продемонстрировали аудито­рии свое удивительное искусство, а затем перешли к от­рытому обсуждению особенностей техники, путей ее об­ретения и практического применения. При этом они пользовались терминами «глубинный тон», «мягкий тон». Такое пение, как пояснили монахи, является земным воп­лощением речи Будды. Группа состояла из девяти мона­хов. Трое из них считались мастерами пения, в совершен­стве постигшими технику «глубинного тона». Учителя работали с аудиторией, убеждая пришедших попытаться пропеть несколько звуков самостоятельно.

ПОВЕЛЕНИЕ УЧИТЕЛЯ

На том семинаре присутствовал и главный мастер пения монастыря Дрепунг Лоселинг — Ринчен Чугьял. Его уче­ником в тот вечер оказался я. Он провел со мной некото­рое время, помогая развить и усовершенствовать мою технику пения. И среди пятидесяти человек, присутствовавших на семинаре, я оказался единственным, способ­ным воспроизвести тот самый «глубинный тон». Удовлет­воренный моим успехом и тем вниманием, с каким я прислушивался к его советам, он взглянул на меня и про­изнес: «Учи!»

«Вы позволяете мне стать учителем техники "глубинго тона"?» — воскликнул я в изумлении. «Да! — отвечaл он Учи!»

Я уже обучался технике «глубинного тона» некоторое время назад (и практически совершенно самостоятельно), но никогда не считал возможным применить свое умение. Как вы узнаете из этой книги, мой первый опыт в этой области был не особенно удачным. Я уверен и по сей день, что обучение по неправильному методу таит в себе серьезные опасности. Поэтому до той встречи с Ринчен Чугь-ялом я даже и не думал о том, чтобы давать уроки тибет­ской вокальной техники. Но повеление Учителя вдохнови­л меня.

В РОЛИ УЧИТЕЛЯ

Свой первый урок я преподал два месяца спустя группе буддистов, посещавших семинары монахов из Дрепунг Лоселинг. По окончании занятия треть группы могла пропеть «глубинный тон», хотя их пение было далеко от совершенства. К остальным же умение пришло несколь­ко позже.

С тех пор я стал лучше понимать физиологический механизм «глубинного тона». Кроме того, я полнее осознал, сколько необычайных возможностей и священных сил заложено в этом звуке. Это заставило меня перенести практическое обучение технике «глубинного тона» на заключительный этап моих семинаров. Нередко, од­нако, отдельные ученики — как мужчины, так и жен­щины — с первых же семинаров овладевали этой тех­никой лишь в результате того, что находились рядом со мной и слушали мое пение. Таким образом, на моих соб­ственных семинарах мне довелось собственными глазами наблюдать несколько удивительных примеров «гармонической передачи». Я и сам обрел дар «глубинного тона» через общение с мастерами этой вокальной тех­ники — монахами из тантрических школ Гьюто и Гьюдмед. Продолжателями их священной традиции стали монахи Дрепунг Лоселинг.

Года два спустя после вышеописанных событий мне довелось пережить еще один незабываемый опыт, связанный с тибетским обертональным пением. Впечатлениями о нем мне хотелось бы поделиться с вами.

КОНЦЕРТ

Выдающийся композитор и музыкант Китаро пригласил меня принять участие в составе его ансамбля в бенефисном концерте, посвященном Тибету За неделю до концер­та мне сообщили, что вместе с нами будут выступать мо­нахи из монастыря Дрепунг Лоселинг! Это совпадение показалось мне весьма примечательным: ведь на тот мо­мент в Соединенных Штатах гастролировало сразу не­сколько тибетских ансамблей.

Тем вечером, 9 октября 1993 г., мне довелось пережить поистине чудесный опыт приобщения к священной музыке. Концерт проходил в Нью-Йорке, в церкви св. Иоанна Евангелиста, в присутствии пятитысячной аудитории. От­крывал программу ансамбль «Голоса Тувы», исполнявший тувинские народные песни в стиле хоомей. За «Голосами Тувы» последовали священные песнопения тибетских монахов, поражающие красотой и мощью звучания. Третьим на сцену вышел ансамбль Китаро.

Китаро играл на синтезаторе и барабанах тайко4. Кроме него в ансамбль входили гитарист, еще один клавишник и музыканты, играющие на диджериду5 и табла6. Я же играл на тибетских «поющих чашах», бамбуковой флей­те, колокольчиках и ударных, а также пел в технике «глу­бинного тона» и в «новоевропейской» гармонической технике. В заключение монахи Дрепунг Лоселинг испол­нили еще одно песнопение. На сей раз в их хоре участвовал и я.

Это был замечательный вечер: была воздана равная честь и старинным священным традициям разных народов, и традиции, возникшей лишь недавно. Мне хочется рерить, что, приняв в нем участие, я смог выразить хотя бы часть своей великой благодарности тибетским монахам за тот чудесный дар, который они принесли человечеству.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В завершение мне хотелось бы еще раз сказать о том, как я невыразимо благодарен всем мастерам вокальной тех­ники и знатокам звукотерапии, которые помогали и продолжают помогать мне в моей работе. Своим появлением на свет эта книга во многом обязана их содействию и мо­ральной поддержке.

Я хочу поблагодарить и вас, дорогие читатели! Я рад, что вы разделяете мой интерес к удивительному феномену звука. И мне хочется верить, что однажды судьба сведет нас и я смогу помочь вам приобщиться к священному ис­кусству гармонического пения. Раскройте свое сердце божественному потоку звука!

Тайко — японские барабаны в форме бочки, к которой привязывается или прибивается мембрана; бьют по ней специальными палочками — бати.

Диджериду — духовой музыкальный инструмент аборигенов Австралии, прямая деревянная труба длиной около 1,5 м.

Табла — пара маленьких барабанов, различающихся высотой тона; используются в камерной музыке Северной Индии.

«Поющая чаша» — тибетский музыкальный инструмент, металлическая шарообразная чаша, к которой прилагается металлический пест. Водя пестом по внутренним стенкам «чаши», музыкант извлекает из инструмента протяжный звонкий гул.